The Three Bullets of Francesca Mann

On October 23, 1943, the next train with the Jews – about 1,700 people – arrived at the death camp (Konzentrationslager) Auschwitz II-Birkenau. Unlike all other trains arriving at Auschwitz, it was a real passenger train, not a cattle train. Also, none of their arriving Jews wore the yellow Star of David on their clothes.

Arriving Jews were greeted warmly by the “representative of the Ministry of Foreign Affairs of the Third Reich” Franz Hössler, who announced that this is their last stop before crossing the border with Switzerland, from where they would travel to different countries of South America. Just a few formalities remain – disinfection, shower, and then – long-awaited freedom. Few people guessed that they were in southern Poland, not in southern Germany, and that Hössler was actually an SS First Lieutenant (SS-Obersturmführer).

All of them, representatives of the wealthiest Jewish families of occupied Poland, dreamed of freedom. A secret Nazi program for “obtaining visas to the countries of South America” was created specifically for them. The headquarters of this program was set up by the Gestapo in the Hotel Polski in Warsaw. The cost of a fake exit visa to Paraguay, Panama, Peru, Guatemala or Bolivia was about $1,500 per person (more than $20,000 at today’s rate). The program was deliberately designed for the wealthy. The plan was devilishly tricky – a minimal number of Jews were in fact allowed to travel to neutral countries for the exchange of German prisoners of war, and this ensured a continuous inflow of Jewish money into the treasury of the Third Reich.

The Hotel Polski was in the “Aryan zone” of Warsaw, outside the Warsaw Jewish ghetto. One of the couriers between the ghetto and the hotel was the 26-year-old Francesca Mann.

Francesca Mann was her stage name. She was a Jewish ballerina and dancer, one of the most famous, talented, and beautiful women in Poland. Her maiden name was Manheimer, and her husband, Marek Rosenberg, was the son of a wealthy Warsaw jersey merchant.

The privileged status of Francesca manifested itself in everything. Only she could flaunt fur coats inside a dirty ghetto. Only she was allowed to leave the ghetto for the “Aryan zone” anytime. Of course, the Gestapo kept her in the dark, so Francesca sincerely believed that she was helping wealthy Jews find freedom. She knew too much and perhaps suspected something, so the Gestapo ordered her on the very first train to South America with a layover in Auschwitz.

What happened upon arrival in Auschwitz we only know from the words of the eyewitnesses who survived.  Most of them were prisoners who were forced to work at the camp. Their testimonies differ in detail, but they agree on one thing – the beautiful woman from Warsaw went down in history as a hero.

In the locker room in front of the gas chamber (camouflaged as the showers) Krema 2, the SS supervisors ordered all women to undress. Approximately half of the women followed the order, but the rest felt that something was wrong. The SS men began using gun stocks to drive the women into the gas chamber amid horrific screams and crying.

The tense situation was defused by Francesca Mann. She escaped from the screaming crowd to a group of SS guards and, to the astonishment of the men, began to perform a striptease.

This openly sexy dance by such a brilliant professional dancer had the SS guards hypnotized. Finally, Francesca undressed entirely remaining only in her high-heeled shoes. In the blink of an eye, she took off her shoes and smashed the face of a nearby Sergeant (SS-Oberscharführer) Quackernak with the sharp heelpiece.

The shocked Quackernak dropped his weapon and covered his bloody face with both hands. Francesca used this moment to pick up his pistol and shoot Sergeant Josef Shillinger, one of the most odious sadists of Auschwitz, twice in the stomach. She then aimed at Quackernak but missed, the bullet instead hitting Master Sergeant (SS-Hauptscharführer) Emmerich. Her shots served as a signal, and several hundred furious and desperate women attacked a dozen SS men.

Commandant of Auschwitz Lt. Colonel (SS-Obersturmbannführer) Rudolf Höss came running at the sound of the shots. He ordered the SS men to block all the exits from the building and shoot all the Jews who were in the locker room.

Schillinger died the same day on his way to the hospital. Emmerich remained lame for life. Quackernak was sentenced by a military tribunal in 1946 to be hanged for his participation in mass executions of civilians and Soviet prisoners of war. Hössler was hanged in the same year.

At the military tribunal after WWII, Höss was accused under his leadership, three and a half million Jews were killed. He filed a protest, because according to the statistics of the Third Reich during his command of the death camp of Auschwitz, not three and a half, but only two and a half million Jews were killed, and the rest allegedly died of various illnesses. Höss was executed by hanging in 1947 in the same death camp he had commanded – in Auschwitz.

Francesca Mann met with absolute evil – and she shot it.

 

[Originally published by American Thinker]

Три выстрела Франчески Манн

23 октября 1943 года в лагерь смерти Konzentrationslager Auschwitz II–Birkenau (Освенцим) прибыл очередной поезд с евреями – около 1700 человек. В отличие от всех остальных поездов в Освенцим, это был настоящий пассажирский поезд, а не товарняк. Кроме того, никто их прибывших евреев не носил желтую звезду Давида на их одежде.

Прибывших евреев тепло встретил «сотрудник Министерства иностранных дел Третьего Рейха» Франц Хёсслер, который объявил, что это их последняя остановка перед пересечением границы со Швейцарией, откуда они проследуют в разные страны Южной Америки. Осталась последняя формальность – дезинфекция, душ, а затем – долгожданная свобода. Мало кто догадался, что они находятся на юге Польши, а не на юге Германии, а Хёсслер – лейтенант СС (SS-Obersturmführer).

Об этой свободе мечтали все они – представители самых богатых еврейских семей оккупированной Польши. Именно для них была создана специальная программа по «получению виз в страны Южной Америки». Штаб-квартира этой программы Гестапо была в Отеле «Польша» в Варшаве. Стоимость фальшивой выездной визы в Парагвай, Панаму, Перу, Гватемалу или Боливию составляла около 1500 долларов на человека (более 20 тысяч долларов по сегодняшнему курсу). Программа была явно рассчитана на людей состоятельных. План был дьявольски хитрым – небольшому количеству евреев действительно позволили выехать в нейтральные страны для обмена на немецких военнопленных, и это обеспечило непрерывный приток еврейских денег в казну Третьего рейха.

Отель «Польша» находился в «арийской зоне» Варшавы, то есть за пределами Варшавского еврейского гетто (Jüdischer Wohnbezirk in Warschau). Одним из курьеров между гетто и отелем была 26-летняя Франческа Манн.

Франческа Манн – это был сценический псевдоним. Франческа Манн была еврейской балериной, одной из самых знаменитых, талантливых и красивых женщин Польши. Ее девичья фамилия была Манхаймер, а по мужу она была Розенберг (ее муж Марек Розенберг был сыном варшавского торговца трикотажем).

Привилегированный статус Франчески проявлялся во всем. Только ей позволено было щеголять внутри грязного гетто в меховых шубах. Ей разрешали беспрепятственно выходить из гетто в «арийскую зону». Конечно, Гестапо играл с ней «в темную» – она искренне верила в то, что реально помогает состоятельным евреям обрести свободу. Она знала слишком много, и, возможно, о чем-то догадывалась, поэтому Гестапо определило ее на первый же поезд в Южную Америку с пересадкой в Освенциме.

Что произошло по прибытию в Освенцим, мы знаем только со слов очевидцев, которые остались в живых. Их показания разнятся в деталях, но сходятся в одном – красавица из Варшавы вошла в историю как герой.

В раздевалке перед газовой камерой (закамуфлированной под душевые) крематория Krema 2 надзиратели из СС приказали всем женщинам раздеться. Примерно половина женщин последовала приказу, а другая – почувствовали, что что-то здесь не так. Начались крики, плач, и эсэсовцы начали применять приклады автоматов, чтобы загнать женщин в газовые камеры. Ситуацию разрядила Франческа Манн.

Она вырвалась из кричащей толпы к группе надзирателей и, к изумлению эсэсовцев, начала исполнять для них стриптиз.

Профессиональный танцор. Яркая женщина, от которой нельзя оторвать глаз. Откровенно сексуальный танец. Эсэсовцы оказались загипнотизированы. Наконец, Франческа полностью разделась – остались только туфли на высоких шпильках. Она снимает туфли и бьет острой шпилькой фельдфебеля (SS-Oberscharführer) Квакернака по лицу.

От боли Квакернак бросает свой пистолет и хватается обеими руками за окровавленное лицо, а Франческа, пользуясь моментом, поднимает его пистолет и стреляет два раза в стоящего рядом остолбеневшего фельдфебеля Шиллингера (одного из самых одиозных садистов Освенцима) два раза в живот. Затем она стреляет в Квакернака, но промахивается, и пуля попадает в старшего фельдфебеля (SS-Hauptscharführer) Эммериха. Ее выстрелы послужили сигналом к атаке – несколько сотен разъяренных и отчаявшихся женщин напали на десяток эсэсовцев.

На выстрелы прибежал комендант Освенцима полковник (SS-Obersturmbannführer) Рудольф Хёсс. Он приказал эсэсовцам перекрыть все выходы из здания и расстрелять всех евреев, которые были в раздевалке.

Шиллингер умер в тот же день по дороге в госпиталь. Эммерих остался хромым на всю жизнь. Квакернак был приговорен военным трибуналом в 1946 году к повешению за персональное участие в массовых расстрелах мирных жителей и советских военнопленных. Хёсслера повесили в том же 1946 году.

На военном трибунале после войны Хёссу вменялось в вину то, что под его руководством было убито три с половиной миллиона евреев. Он подал протест – по статистике Третьего Рейха за время его командования лагерем смерти Освенцим было убито не три с половиной, а только два с половиной миллионов евреев, а остальные якобы умерли от болезней. Он был повешен в 1947 году в том же лагере смерти, которым командовал – в Освенциме.

Как и версии происшедшего 23 октября 1943 года в Освенциме, так и число убитых, названное Хёссом (два с половиной миллиона) сегодня дискутируется историками. Согласно американским исследователям, убитых в Освенциме было около двух миллионов, из них около полутора миллионов евреев. Согласно польским данным, всего в Освенциме погибло чуть более одного миллиона человек, из них 900 тысяч евреев. Истинное число погибших лежит, скорей всего, где-то между этими величинами.

Но главная истина состоит в том, что Франческа Манн встретилась с абсолютным Злом. И она просто выстрелила в него.