Why all of a sudden did Ukraine become the center of the Universe?

The United States Congress recently offered a standing ovation to Ukrainian President Zelensky.  Without a doubt, his country is virtually treated as the 51st state of the United States.  Yet, the United States government deals with Ukrainian borders exponentially better than America’s southern border.  In fairness to Zelensky, he proposed something American conservatives have been advocating for a long time – replacing the corrupt UN with a better international organization.

President Putin had been waiting for stars to align properly for the invasion: Trump is gone, the United States under Obama’s third term cordially cooperates with a profitable (to Russia) Iran deal, the West is obsessed with forced wokenization of its armed forces and eviction of women from women’s sports, Ukraine still dreams of joining balls-less NATO coalition, and Putin’s court nobility feeds him rosy self-propaganda images.

Let us recall Charles Spurgeon’s wise words, “Consider how precious a soul must be when both God and the devil are after it.” A modern rephrasing of this might be, “Why has Ukraine become so valuable that the leadership of Russia and ruling circles of United States are after it?”

Sadly, this post-Soviet state’s well-intended de-Sovietization, de-Leninization, and de-Stalinization had taken the wrong turn.  Unfortunately, though, Democrats decided to exploit the situation rather than assist Ukraine in rectifying it.

As a result, during Obama’s presidency, Ukrainians got an offer they could not refuse, and a well-oiled conveyer belt to transfer money from the West to Ukraine and back had begun.  Everybody benefited from the scheme; it was so well known and accepted that even children of many swamp-dwellers in Washington were introduced to it.  Nevertheless, nobody on the receiving and sending ends of the monetary conveyor dared to ask the simple question of who was the brain behind the scenes who orchestrated it.

One possible answer – which could also explain why Ukraine suddenly became so valuable – is that the Russian KGB planned, implemented, and maintained the “Ukrainian” financial conveyor.  (The term KGB is used here because of its broad acceptance, regardless of the abbreviation currently adopted in Russia for secret intelligence services.)

KGB was always described as “a state within a state.” Naturally, therefore, in most post-Soviet republics, including Ukraine, the vast majority of high-ranking KGB officers were members of the same exclusive club.  (The similar exclusive club had existed for the high-ranking Russian and Ukrainian military.  It explains why Russia could annex Crimea without firing a shot in 2014).  The Kremlin intended that Russia would position itself as the supervisor of financial flows to Washington politicians and, thus, influence American politics while hiding behind the Ukrainian façade.

It may seem as if the plot was brilliant – Russia was able to maintain everyone happy by bribing American politicians using American taxpayer funds.  Of course, there was involvement from corrupt Washington slime and Ukrainian gangs, but the complete story was obscured.  Putin was holding all the cards – and then Trump happened.

President Trump has made several attempts to stop the “Ukrainian” conveyor.  Unfortunately, he had no allies in that endeavor; by that point, many anti-Trump politicians regarded the “Ukrainian” conveyor as an indispensable and valuable source of accessible capital.  In his fight, Trump attempted to involve Zelensky but was unsuccessful; the effort ended in quid pro quo blame and bogus impeachment.  In office for just two months, Zelensky, who was considered an outsider by the Ukrainian powers that be, was never briefed about the conveyer by the previous Ukrainian administration.  Most likely, Zelensky had not fully comprehended the exact nature of Trump’s request during the infamous phone call on July 25, 2019.

Indeed, part of the American taxpayers’ wealth was applied by Putin long before the 2016 elections.  A significant amount of the funds from the “Ukrainian” financial conveyor system were utilized to spread the vicious “Trump is a Russian asset” hoax.  Moreover, the laundered funds had been directed to expel Trump from the White House in 2020.  It is acknowledged that the KGB is proficient at executing such “active measures” against a dedicated foe.  In short, Kremlin had, in fact, influenced several presidential elections in the United States, but, as Mueller Report confirmed, Trump had nothing to do with that.

Currently, there is a steady flow of financial, economic, military, and humanitarian aid into Ukraine; let us hope no one would dare to take the usual cut during wartime.  People, mostly unaware of the “Ukrainian” conveyor and its Kremlin management, are attracted by the bravery of Ukrainians and the undeniable Churchillian strength of Zelensky.  Nevertheless, the actual reason for the current war could be is that both Putin and the Washington establishment wish to bury the conveyer as deeply as possible.  The Democrats do not want any complications because of inevitable exposure, especially in a midterm election year; they desperately need Zelensky in their camp.  On the other hand, Putin wishes to regain control of the conveyer.  In order to do so, he must appoint a marionette as president of Ukraine.

The media lionize President Zelensky; he is portrayed as the ideal hero (at least in ancient Greek terms).  Similarly, President Putin is demonized and made a superb villain, an unquestionable anti-hero (in absolute terms).  In combination with the horrifying images of bombings of civilians in Ukraine, the international darling and the international pariah are excellent instruments for Democrats to keep the American electorate distanced from the dirty under-the-carpet struggle.

When reviewing the first Russo-Ukrainian War, which is clearly not the first, it is vital to keep that hidden tussling in mind.  Voltaire wrote in 1731 in his book History of Charles XII, King of Sweden, that “Ukrania has always aspired to freedom.” Unfortunately, the road to freedom is not one of the straight lines; the story of Ukraine confirms that dirty realpolitik deals plague it.

[Originally published at American Thinker]

Керченский провал

Прошло более двух недель после инцидента в Керченском проливе. Что примечательно во всем этом деле – это удивительное и масштабное единодушие в понимании того, что же там произошло. И прокремлевские журналисты, и антироссийские журналисты, и журналисты, которые занимают диаметрально противоположные мнения о Порошенко, и анти-Трамписты, и сторонники Трампа одновременно и однозначно заявили о том, что мы явились свидетелями аннексии Россией Азовского моря.

Все остальное – это уже детали. Наглое поведение России кто-то оправдывает, а кто-то – осуждает. Это как раз понятно, и этого следовало ожидать.

Но в данном случае Россия, как это бывает с поломанными часами, показывающими верное время два раза в сутки, частично говорит правду, когда говорит об украинской провокации. Дело в том, что незаконная аннексия Азовского моря фактически произошла еще в 2014 году вместе с незаконной аннексией Крыма, но за пределами Украины об этом мало кто догадывался. А вот теперь это стало понятно всем.

Порошенко переиграл Путина тем, что заставил весь мир искать на карте Керченский пролив и обсуждать аннексию Азовского моря.

Именно поэтому Путин так резко отреагировал на умело и хорошо подготовленную провокацию Порошенко. Путин понял, что против него было применено его же оружие. Напомню, что война с Грузией 2008 началась после хитроумной и продуманной до мелочей провокации России, но в результате теперь весь мир (несправедливо) убежден в том, что войну 2008 года начал именно Саакашвили, хотя 20% территории Грузии до сих пор оккупированы Россией.

Порошенко умело провел эту дьявольски хитрую операцию – настолько хитрую, что большинство членов украинской Рады до сих пор не понимают, что же произошло. А о членах российской государственной Думы и говорить нечего. Порошенко воспользовался тем, что недалекий российский мини-император на 100% предсказуем в своей реакции на внешние раздражители.

Этот политический ход Порошенко готовил давно. Помните проход небольшой украинской флотилии в Мариуполь по тому же маршруту в сентябре этого года? То была, разумеется, генеральная репетиция. Украинская сторона дальновидно просчитала все плюсы и минусы такой провокации. Это следует из того, что они не стали связываться с российской береговой охраной в районе Керченского моста, и вынудили атаковать себя в нейтральных водах. Именно поэтому украинские моряки не стреляли, хотя и были вооружены до зубов. Перед ними стояла другая задача, и они ее выполнили.

В результате Путин сам наступил на вовремя подставленные Порошенко политические грабли.

Порошенко в этом деле проявил себя мастером несимметричной войны. В самом деле, весь украинский флот – всего 66 кораблей (это включая все боевые и все вспомогательные корабли). Черноморский флот России – почти 2800 кораблей, то есть примерно в 40 раз больше. Пока доподлинно неизвестно, какую роль в подготовке этой операции сыграла Америка, но администрация Трампа за две недели до инцидента внезапно объявила набор двуязычных военнослужащих для проведения «секретных военных операций» – со знанием как английского, так и украинского языков. Место службы – Николаев, где находится крупный украинский порт, и где находится штаб-квартира американских вооруженных сил в Украине.

Теперь головная боль – у Путина, а не у Порошенко. Теперь Путин должен выбирать – либо отпустить украинских моряков и украинские корабли, либо получить очередные серьезные санкции на уровне тех, что Россия получила за аннексию Крыма.

Но если санкции за Крым были для России первыми, то санкции за аннексию Азовского моря могут стать последними (и губительными) для России.

Вместо того, что злиться на самого себя, Путин возмещает злобу на украинских матросах. Но мировая история никогда не прощает императоров, которые гневаются на простых матросов.

Напомню, что экономическое удушение России Трампом в последнее время постоянно усиливается. Причем экономическая война на удушение ведется Трампом не только и не столько по отношению к России, а по отношению ко всем странам враждебным к Западу странам Оси. Страны Оси – это Сирия, Россия, Иран и Северная Корея. Все эти страны в течение многих лет находятся под неслыханными санкциями. Экономическое эмбарго, введенное Западом по отношению к странам Оси, не имеет прецедентов. Уровень этого эмбарго таков, что речь давно уже не идет о том, чтобы с помощью экономического давления попытаться изменить поведение этих стран на мировой арене и вынудить эти страны поступать более цивилизованно. Речь идет о тотальном экономическом удушении.

Как все мы знаем, экономический разгром стран этой антизападной коалиции Трамп начал с Северной Кореи – эта страна была, как говорится, низко висевшим плодом, который легко сорвать.

Кроме санкций, Трамп искусно использует и нефтегазовые рычаги. В августе этого года США вышли на первое место в мире по добыче нефти, а мировое первенство по добыче газа США занимают уже более двух лет. Поскольку США – самый крупный потребитель нефти и газа в мире, а теперь – и самый крупный производитель нефти и газа, теперь именно США получили возможность манипулировать как спросом, так и предложением, и тем самым диктовать мировые цены на нефть и газ (за последние два месяца цена нефти упала примерно на 30%). То есть Трамп против Путина и других стран Оси применил те же самые нефтепроводные войска, с помощью которых Путин в свое время атаковал Европу.

В результате непродуманных действий России и других стран Оси все они загнали себя в угол и находятся в беспрецедентной в мировой истории экономической осаде. При этом следует подчеркнуть, что для Трампа в этом – ничего личного, это чисто бизнес. Трамп всю свою жизнь только тем и занимался, что выдавливал своих конкурентов из строительного бизнеса. Теперь, став президентом, он делает это на международной арене.

Каков был немедленный ответ Трампа на инцидент в Керченском проливе?

Сначала был демарш на встрече G20 в Аргентине: если с президентом Китая Трамп провел два с половиной часа, то с президентом России Трамп провел две с половиной секунды.

Именно так расположены во внутриамериканской табели о рангах Россия и Китай.

Затем, вдобавок к гневным словам в ООН, США официально известили Турцию (как того и требует международная конвенция Монтрё 1936 года по мореплаванию в проливах Босфор и Дарданеллы) о намерении ввести американские военные корабли в Черное море.

Такое решение администрации Трампа вполне укладывается в ту картину, которая наблюдается и в Южно-китайском море. Там, как известно, находятся несколько атоллов, незаконно оккупированных Китаем при попустительстве Обамы. На этих атоллах, рифах и искусственных островах теперь размещены китайские военно-морские базы и военные аэродромы.

Но с приходом Трампа в Белый Дом американский флот и авиация стали откровенно игнорировать захват этих островков Китаем. Корабли и самолеты ВМС США демонстративно заходят в 12-мильную зону и воздушное пространство этих территорий, тем самым постоянно напоминая Китаю о международном непризнании их незаконных территориальных притязаний.

Многие почему-то забывают, что Трамп, в отличие от недавно ушедшего от нас президента Буша-старшего, отнюдь не является примером джентльмена. Маневры американского флота вблизи Керченского пролива – не за горами, и реакцию российской стороны нетрудно предсказать. Напомню, что в вопросе территорий Трамп поступает с Россией точно так же, как и с Китаем – уже после событий в Керченском проливе ракетный эсминец ВМС США демонстративно прошел недалеко от залива Петра Великого около Владивостока. Весь этот залив Россия считает (вопреки международным конвенциям) своими территориальными водами.

Впервые с 1987 года американский военный корабль откровенно вызвал Россию на ответные действия. Которых не последовало. Видимо, в Кремле наконец-то начали осознавать все последствия Керченского провала.