Is the Election Outcome Sealed?

Everyone—from Republicans to Democrats, right-wingers to left-wingers—realized Joe Biden had ended his political career for good.

Along with that, I have to confess: I have not watched CNN since 2001. As a result, I fell for the Republican propaganda machine that painted the two CNN co-moderators as virulent anti-Trumpists. They, most likely, were in the past, long before the revised directive came from the powers that be. Moderators were demonstratively neutral during the debates, even not offering Biden lifelines when he desperately needed them. They phrased the questions so that Biden unwittingly turned out to be the most prominent promoter of Trump’s ideas.

The minute the Trump-Biden debate concluded, Democrats bashed their bumbling president. Republicans gladly joined the chorus. Independents moved into the Trump camp in droves. For example, the Polymarket gap between Trump and Biden increased from 59 vs. 34 percent to 65 vs. 23 percent toward the end of the debate, or about a 17 percent swing in favor of Trump.

So, is the election outcome sealed? Not so fast, ladies and gentlemen. Yes, we witnessed the widespread Biden Replacement Conspiracy Theory in action during the debate. Note that people who treat the “Weak Palestinian” (as Biden became recognized after the debate) as a marionette cannot remove him from the ballot. At the same time, they cannot afford to retain him on the ballot. However, it is not a dead end for them. Not a limbo, or so they think. In contrast, their solution deviates from the prevalent opinion: Democrats aim to replace Trump, not Biden. Replacing Biden, even if it materializes, is just a sideshow because they do not have the stomach for that.

What is visible to the naked eye is not just internal finger-pointing on the Left. The debates illustrated the fierce internecine warfare between various left-wing factions. The most belligerent branch of the Left had to show that Trump’s physical elimination was the only way to keep the White House. Granted, that fraction had to corner all others. That is why they offered debates well before each contender’s candidacy was formalized at the parties’ conventions.

The “anybody but Trump” camp always dreamed about many methods of Trump’s elimination, from a book repository shot to a car wreck to poisoning to an air disaster to incarceration. The list of three-letter federal agencies that have made it happen in the past and could do it again is well known. Consequently, they constitute the supply side of the 2024 political equation; the season’s first debate represents the demand side.

Trump’s triumph at the debate was essential for those players who are about to lose everything if Trump-47 reenters the White House. Yes, it is a risky bet on their part. However, under China’s guidance, domestic and international left-wing forces need a total reset of American affairs by replacing both leading candidates. (Quick: who promoted the “reset” button in the not-so-distant past?) In other words, the well-orchestrated political turbulence has just started, and the non-stop cacophony of talking heads discussing Biden’s cognitive health is simply a smokescreen.

Эрнст Рем, Максимилиан Робеспьер и штурмовики Демократической партии

В 1933 году Герман Геринг был назначен министром Внутренних дел Пруссии. Одним из первых нововведений Геринга было радикальное изменение приоритетов германской полиции, в том числе ограничение ее деятельности. Новизна подхода Геринга состояла в том, что он отошел от традиционного для всех социалистов требования роспуска полиции, впервые предложенного Лениным за четверть века до описываемых событий в его «Апрельских тезисах» 1917 года.

Кстати, другое предложение российских социалистов – о закрытии тюрем и освобождении всех заключенных – через сто лет было частично выполнено некоторыми американскими губернаторами-демократами. Весной 2020 года на свободу из местных (не федеральных) тюрем – якобы из-за коронавируса – было выпущено огромное количество уголовников, которые внесли значительный вклад в погромы, мародерство и беспорядки.

Для начала министр Геринг устроил в полиции грандиозную чистку, и на место тысяч уволенных полицейских нанял активистов Национал-социалистической партии без какого-либо полицейского опыта. Как мог глава полиции практически оставить граждан на произвол судьбы? Это кажется более чем странным, но перед Герингом стояла другая задача.

Дело в том, что к тому времени у нацистов уже была создана альтернативная полиция, которая подчинялась только партии – так называемая СА. Штурмовые отряды СА носили светло-коричневую форму. Это обмундирование партия немецких национал-социалистов – НСДАП – купила по дешевке у германской армии, которая хранила на своих складах миллионы единиц этой одежды, приготовленной на случай вторжения Германии в Африку во время Первой мировой войны. Как известно, это вторжение так и не состоялось, и армия была рада избавиться от никому не нужного обмундирования.

Штурмовые отряды партии национал-социалистов СА вошли в историю как «коричневорубашечники».

В качестве министра Внутренних дел Герман Геринг обязал государственную полицию Пруссии работать параллельно с полицией национал-социалистической партии.

Вскоре этот подход был распространен на всю территорию Германии. Задачей «коричневорубашечников» была не охрана правопорядка, а организация беспорядков, погромов, поджогов и избиений противников национал-социалистической идеологии для укрепления собственной власти.

Параллельно с радикальной реформой полиции, в Германии начался процесс радикального контроля над огнестрельным оружием. Сначала, в 1933 году, речь шла  только о регистрации оружия военного назначения, а затем пришло время регистрации любого оружия. В 1935 и 1938 годах в Германии были приняты законы о тотальной конфискации оружия у всех «неблагонадежных» (у евреев, например) и, в то же время, полное снятие ограничений на оружие для всех членов НСДАП и родственных организаций (таких, как Гитлерюгенд).

В результате основной задачей государственной полиции Германии стала не охрана граждан, а охрана погромщиков.

Американские погромщики-демократы открыто подражают нацистским «коричневорубашечникам», но не только им. Нынешние леваки решили подражать одновременно как «чернорубашечникам» итальянского социалиста Муссолини (в одежде), так и «коричневорубашечникам» немецких национал-социалистов (в методах террора) и китайским хунвейбинам-маоистам (в идеологической твердолобости). Как известно, и «чернорубашечники», и «коричневорубашечники», и хунвейбины, – это весьма старые наработки мирового левого движения. Другими словами, в 2020 году ничего нового ни левая философия, ни нынешнее поколение леваков в Америке придумать не смогли.

Призывы к роспуску полиции или к прекращению финансирования полиции – это попытка демократов превратить полицию из органа охраны правопорядка в орган охраны погромщиков.

Ирония истории состоит в том, что через год, в 1934 году, руководство «коричневорубашечников» во главе с Эрнстом Ремом было вырезано (официальное кодовое название этой операции было «Операция Колибри», но это событие вошло в историю как «Ночь длинных ножей»). Кто уничтожил верхушку СА, которая была лояльным сторонником национал-социализма? Это сделали их товарищи по партии, штурмовики СС, причем слово «товарищи» здесь наиболее приемлемо. Дело в том, что, по установившейся среди всех социалистов традиции, члены СС называли себя именно так (например, «товарищ штурмбанфюрер», а не «господин штурмбанфюрер»).

Эта же судьба ожидает и американских погромщиков, хотя в настоящее время никто не может предсказать, как именно произойдет расправа над этими леваками. Известно только одно – расправа над этими демократами будет произведена самими же демократами в рамках внутренней борьбы за власть. Точно так же, как от рук своих соратников-революционеров попал под нож гильотины один из основоположников левого идеологического террора Максимилиан Робеспьер.

Если в Германии на смену боевикам СА в 1934 году пришли боевики СС, то и на смену белым штурмовикам Антифа и черным штурмовикам БЛМ придет кто-то другой – в Америке достаточно левых террористических организаций. Возможно, отмашка на расправу над Антифа и БЛМ будет дана сразу же после проигрыша Байдена на выборах 3 ноября этого года.

С макиавеллевской точки зрения, головорезы Демократической партии США Антифа и БЛМ – это просто необыкновенный политический подарок. Кому нужны агенты-провокаторы, если у твоего политического противника есть такие отщепенцы?! Не забывайте, что основной ущерб от демократических погромов приходится исключительно на демократические штаты и демократические анклавы. При этом вот уже месяц «мирные погромщики» демократов таскают по демократическим анклавам макет «мирной гильотины».

В результате новым символом Демократической партии Америки стал не просто осел, а осел, который тащит на себе гильотину.

Вряд ли кто-либо из колеблющихся республиканцев или независимых граждан Америки решится на ассоциацию с такой партией.

Байдену понадобилось целых три месяца, чтобы принять свое решение. Три месяца пылает Портленд, и наконец-то Джо Байден сделал заявление, в котором он не осудил – нет, – он просто пожурил своих сторонников за «ненужное насилие». Мол, вы, ребята, делаете благородное дело, но все-таки разрушение капитализма не должно принимать такие откровенные формы. Байден считает, что сжигать дотла целые городские кварталы – это перебор. Человеку, который позиционирует себя как будущий лидер свободного мира, понадобилось целых три месяца, чтобы прийти к такому выводу.

Любой, даже весьма далекий от политики человек, понимает, что это просто насмешка над здравым смыслом. Это признание в том, что у Байдена не было, нет, и уже никогда не будет навыков лидера.

Только полный политический профан не понимает, что к концу лета 2020 года политический поезд на Вашингтон уже ушел. Чтобы запрыгнуть в последний вагон, Байдену нужно было еще три месяца назад жестко осудить погромщиков, как это сделал Дональд Трамп. Байден упустил эту возможность, и теперь демократов через два месяца ждет неминуемый разгром.

А после разгрома среди них начнется такая внутривидовая резня, которую история Америки еще не видела.