Cult of Victim Seekers. Part 3

Part 1, Part 2

The leftists did not have to persuade the Jews that they were victims.  Anti-Semitism for about two millennia played a cruel joke with the Jews – they eagerly joined the first political movement that openly recognized the Jews as victims.  Many Jews (to be more exact, those who consider themselves to be victims) are still committed to leftist dogma and refuse to recognize the obvious fact that the status of victims makes them cannon fodder for high-ranking left ideologists.  However, those Jews who do not consider themselves victims have long adhered to the right conservative views.

If during the Bush presidency more than 90% of American Jews were on the side of leftists, his successor Obama had in his pocket about 80% of Jews (a fall of 10% was due to the openly anti-Israeli policy of Obama).  With the advent of Trump, the number of leftist Jews dropped to 70% (another 10% drop is due to Trump’s openly pro-Israeli policy).

This dynamic is also present in Israel.  In 1948, socialists came to power in the newly-re-established Israel, and the opponents of socialism – the supporters of Vladimir Zhabotinsky – were out of work.  However, like in America, the leftists in Israel got successfully outmaneuvered by the conservatives.

This situation resembles the case of the black population in America.  Those who decided to escape from the leftist political plantation have gained real freedom, and with it, ideological preferences of a conservative kind.  The number of such people increased significantly under Trump.  Obviously, it is the result of the lowest level of black unemployment in the history of America.

However, in being declared “victims,” many people forget the reverse side of this coin.  If the leftists assign the status of a victim to you, then you must remain a victim until the very end.  If someone decides that you are a victim, the decision is made, and you have no right to change or even challenge it.  Do not try to escape from the plantation – you will not only be found but also severely punished.

It is worth mentioning that women did not take part in political life before the end of the 19th century.  That’s why they, like the Jews, from the leftists’ point of view, are practically a ready-to-go class of victims.  Leftists throughout the 20th-century successfully used women for political purposes.   It should be no revelation that feminism (in contrast to the suffragist movement) is a purely left movement.   In fact, one of its founders was the racist Margaret Sanger.

The modern reincarnation of the status of women as victims is the infamous “War on Women,” invented in the bowels of the DNC.  As in the case of deceived Jews, deceived women, who were brainwashed to the fact that they are victims, took to the streets dressing up in humiliating vagina costumes.

It has long been noted that the leftist movement had transformed into a kind of religious cult – the Cult of victim seekers.

Like any other cult, the leftists have their dogmas, their worldview, their taboos, and their idols.  The list of “victims” of this cult is impressive.  Well-known recent “victims” are nature (destroyed by evil capitalists), domestic animals (evil capitalists mock them), climate (the temperature of the air is warmed up by all the same evil capitalists), and sexual minorities.

It is not surprising, therefore, that the numerous left-wing “green” parties in all countries are often compared to watermelons: they are green outside, red inside, and their seeds have brown uniforms.

The noblest occupation for leftists is the search (or artificial creation) of another, previously unknown class of victims.  It would seem that they have already tried everything that is possible, but the worldview of the victim seekers is so comprehensive that it manifests itself in the most unexpected places.  For example, the loss of the elections in 2016 and the victory of Trump was taken by leftists as another proof that they are victims.  This time, they turn out to be victims of the “collusion between Trump and Putin.”

Leftist are always in search for victims.  Once found, the victims will be assigned an appropriate -ism.  Of course, it will be another form of charlatanism.

The search for victims who will lead the leftists to political power has become its own means to an end.  Many leftists have entirely forgotten their Marxist roots.  A good illustration of this was the genuine indignation of former Vice President Joe Biden when a journalist asked him whether he was a socialist.

As a result, modern Globalists in general (and the Democratic Party of the USA in particular) are not a monolithic movement but represent the interests of various incoherent and often competing and warring classes of “victims,” artificially united under the same roof by the Cult of victim seekers.

How can Jews live under the same roof with the openly anti-Semitic Democratic Party of the USA or Labour Party of the UK?  How can there be the coexistence of sexual minorities and millions of Muslim illegal immigrants who occupied Europe?  How can feminists and Sharia supporters coexist if Sharia law denies that women are human beings and reduces them to the level of men’s property?

The number of “victims” discovered by Globalists is growing, but their quality and willingness to serve as cannon fodder for socialist transformations are falling.  Of course, these internal contradictions will sooner or later blow up the leftist movement of Globalists.  It will happen when victimhood stops paying political dividends.

Last year the Globalists widely celebrated the 200th anniversary of Karl Marx birth, but there is every reason to believe that the Cult of victim seekers he founded is unlikely to live to his 200th anniversary.

In conclusion, let’s recall the old political proverb: “The right-wingers worry their political program will not be properly understood, and the left-wingers worry their political program is fully recognized.”

Cult of Victim Seekers. Part 2

Part 1


The Globalists continuously try to remind us that “true socialism” has never been tried.

Even though socialism has led to the collapse of society in all countries where it has been tried without exception, the Globalists are somewhat right here.  We are talking about those terrible versions of socialism in some countries of the past, but they are talking about their ultimate goal – an immaterialized version of the global leftist dictatorship which they have been tirelessly working for the last 100 years.

Today’s Globalists are unlike many other social movements that brought calamities to humanity.  Globalists of the 20th and 21st centuries are no longer an underground group of conspirators like their ideological predecessors at the turn of the 19th and 20th centuries.  To the contrary, they do their best to publicize their ideas to achieve maximum dissemination.  They try to do everything openly and, if possible, legally.  President Obama did not lie when he said that his administration “will be the most transparent in the history of America.” He simply thought of “transparency” and “openness” in his own, Globalist vein, in sharp contrast to what is commonly understood.

Anyone interested in how Globalists use the democratic gains of capitalism for their purposes should visit the websites of the Socialist International, the Communist Party of the United States, and the Democratic Socialist Party of America, which young Barack Obama joined after moving to Chicago.  If the political programs of these parties remind you of the Democratic Party of the USA, do not be surprised.  You’re not the first to notice.

One variant of Globalism is Muslim socialism, which on the surface looks like ordinary expansionism, whereby Muslims play the role of the victims.  Indeed, they suffered from their own Islamic dogmas.  There are striking similarities between leftists and jihadists – if something is won (obtained, stolen, taken away, etc.), then it is immediately considered sacred, inviolable and belonging to them forever.

The well-known Brezhnev doctrine of the defense of socialist countries is from the same series.  This doctrine says that the USSR had the right to interfere in the internal affairs of other countries because in these countries socialism had either already been built, or a desire was expressed in building it.  Practical application of this doctrine allowed the USSR to aggressively interfere in the domestic policy of a significant number of countries in Europe, Asia, Africa, and South America.

Another feature that traditionally unites the jihad and all the branches of Marxism is animalistic hatred for like-minded people from a neighboring clan.  Shi’ite Muslims and Sunni Muslims slaughter each other with much greater frenzy than Jews, Christians, and other infidels.   Statistics implicitly show that the number of Muslims who were killed in intra-Muslim wars far exceeds the number of Muslims who died at the hands of non-Muslims.   In Russia, the Stalinist-Leninists (later called Communists) destroyed not only the Trotskyists but also the Mensheviks.  However, this did not stop the Communists and Social Democrats in 1930s Germany from temporarily uniting and engaging in bloody street fights with National Socialists.

The modern terrorist organization Antifa, created by the Globalists, declares, like their predecessors of the early 1930s in Germany, that they are anti-fascists.   However, this does not make them radically different from the fascists.  Their street battles are mostly feuds between different clans of the same left ideology.   Modern Antifa is a bizarre mixture of close but not ideologically identical militants.  On the one hand, Antifa’s clothes simulate the “blackshirts” of Mussolini, and on the other hand, their behavior is reminiscent of the Sturmabteilung (SA) of the Nazis, the “brownshirts.”

Slave-like dependence on government handouts gives rise to another type of “victim.”

Undoubtedly, this was the most outstanding achievement of the leftists – instead of trying to find victims, they at some point decided to create them artificially.  The pioneer of this trend in socialism was Adolf Hitler.

Hitler artificially created the “oppressed Aryan race.” In America and Europe, the victim class materialized in the form of individual and corporate welfare, state-provided medical services and massive illegal immigration (called in politically correct newspeak, “undocumented democrats”).  The “Palestinians” were artificially created in 1967 by KGB right after the Six Day War.

“Oppressed minorities” and “unprivileged class” in America account for just shy of 50% of the population.  The share of illegal immigrants who receive government benefits is about 40%.  It was the American leftists who carried out a grandiose operation to cleverly separate Americans into two artificial classes – those who work and pay taxes, and those who live off these taxes.

The modern leftists are fighting so fiercely for “the rights of illegal immigrants” not because the fate of immigrants worries them in any way, but because Globalists see the illegal immigrants as the main “engine of the revolution,” which must bring about socialist transformations and catapult them to power.  Therefore, the more “engines” there are in the country, the better for the Globalist party elite.   Hence, their irrational and contrarian sense calls for opening the borders of the United States, the dissolution of the border patrol service, and the admission of non-citizens to participate in elections.

The position of Globalists on this issue is very uncompromising because illegal immigration for them is not a legal issue, but a political one.

For them, this is not a matter of violating the sovereignty of the country, but a question of political survival.  From their point of view, illegal immigration represents precisely that army of those who are stupefied by the propaganda of the masses, who will have to stand on the barricades and win political power over the entire planet for office philosophers.  Basically, the idea could be described like this: “If our citizens are not going to vote for us, we will import people who will.”

Wealthy businessmen are another class of “victims” (recall that the victim’s condition is often not only subjective but, as in this case, artificial).  The current economic system of America and other developed countries only remotely resembles classical free capitalism.   Even extensively wealthy people are aware of their vulnerability and almost complete dependence on the bureaucrats, lobbyists, and politicians of Washington.

That, by the way, is what burned Carly Fiorina.  She was hired to the position of Hewlett-Packard CEO.   However, instead of doing what the executives of all successful companies in the US have to do – spending the lion’s share of their time in Washington to lobby for the company’s interests, Carly Fiorina engaged in improving the quality of products and expanding their business.   However, something entirely different was expected of her – the intensification of lobbying.   After all, the economic impact of lobbying in America (especially tax lobbying) far exceeds all other methods of increasing the company’s profitability.

Also, Fiorina violated some unspoken taboos, known to all significant American entrepreneurs:

In America, it has long been the norm – under no circumstances, do not anger the leftist media-industrial complex, which owns the majority of the mass disinformation media. 

In addition to Carly Fiorina, one more person did just that – Donald Trump.


(to be continued)

Cult of Victim Seekers. Part 1

The fundamental crisis of Marxism at the turn of the 19th and 20th centuries was because, contrary to orthodox Marxism, the proletariat – the primary “victim of capitalism” – never became the driving force of the communist revolution.  Also, because of the rise in the culture and quality of life, the proletariat began to lose the main signs of a class of victims.  In other words, the proletariat has lost its attractiveness to Marxism as the main representative of the “oppressed class.”

The crisis of Marxism led it to a new stage of revisionism and modifications, based on the search for a suitable class of victims.

Many branches of Marxism came to existence, differing only in the chosen class of victims.  Consequently, all branches of both neo-Marxism and Marxism, without exception, are united in their ultimate goal.  This goal is a classless society, the inherent definition of “Communism.”  There are even contradictions by clans of leftists within the party, who may be united in their choice of one particular class of victims, but unclear on how to use them in the struggle for political power.

The classic Marxists had chosen the primary victim of capitalism (i.e., the main driving force of the revolution) the “oppressed proletariat.”  Lenin had chosen colonies as such victims, “oppressed” by the metropolitan power states.  One chosen colony, Russia, although formally an Empire, was on the economic and financial periphery.  She was in fact, a raw material and agricultural appendage of European metropolitan power countries.

Chairman Mao Tse-tung had chosen the peasantry as a victim, but with the proviso that the proletariat (which, ironically, was practically absent back then in China) is still the leader of the peasantry.  It should be noted that Mao Tse-tung understood socialism very differently from how European or American socialists understood it.  He recognized it as a form – transitional to communism – when both the capitalist and the communist economy coexist simultaneously (which we are witnessing in China at present).

The Italian fascists had chosen its victim, a nation-state (agrarian Italy was “oppressed” by the more powerful industrial countries of Europe).  The German fascists had chosen their victim to be the non-existent Aryan race (“oppressed” by the victorious countries in World War I).

During which time, Hitler “borrowed” the term “National Socialism” (“Nazism”) from Mussolini fascists, who in fact built the true national socialism in Italy.  In the Third Reich, if we would use the traditional leftist terminology, not national socialism, but rather racial (more precisely, Aryan) socialism was built.

Generally, leftists traditionally like to “borrow” other people’s terms and use them either as a smokescreen or as their own.  Recall the various ways the leftists call themselves – Marxists, Progressive, Social Democrats, Social Revolutionaries, Democrats, Liberal Democrats, Fascists, National Socialists, Communists, Bolsheviks, Mensheviks, Globalists…

This list is quite long, but the leftists in America prefer to call themselves “liberals,” and, using the methods of politically correct dictatorship, force all others to call themselves so.  They borrowed this term from the Founding Fathers of the United States, who were students of the liberal philosophy, and who were true classical liberals of the 18th century (now, in the 21st century, called conservatives).

Another example of borrowing or substituting of terms is the appropriation of red color to Republicans (partially right-wingers), and blue color to Democrats (mostly leftists).  Even though the parties of the left, not the right, throughout the history of mankind, were designated red (remember the flags of the Third Reich and the USSR), it was keenly reversed.

Let me remind you that before 1917, Marxism was just a theory.  No one, not even Marx himself, knew how to make a transition from capitalism to communism in practice.  For decades the leftists fought a ruthless dispute among themselves, on how best to do it.  Long before the communist coup in Russia in 1917, two main camps were formed: the Mensheviks (the term means “members of the minority”) who were supporters of the evolutionary transition, and the Bolsheviks (“members of the majority”), supporters of the revolutionary transition.

The Mensheviks (the irony here is that “the minority” was, in fact, the majority) were clustered around the ideas of the Fabian society.  They argued that the transition must be carried out smoothly and gradually, with the help of democratic institutions.  Otherwise, the revolutionary confiscation and redistribution of the property will turn into a bloody feud.

After the coup of 1917 and the terrible civil war in Russia, the leftist thinking faced a new challenge – how to retain power in a socialist country surrounded by capitalist countries.  Mensheviks and the Bolsheviks have split again.  So, the main competing leftist ideologies subsequently became four.  For their designations we will use terms that have been established to date, which do not necessarily coincide with the historical names of these ideologies:

  • Stalinist-Leninists (“Bolsheviks”) argued that terror could hold socialist power in a single country for a period sufficient enough to build communism. History confirmed the fallacy of this approach.
  • The Trotskyists (“Bolsheviks”) argued that power in one socialist country in a capitalist encirclement would not be retained by any terror, and it would be necessary to simultaneously make socialist revolutions/coups in all countries without exception. History confirmed that Trotsky was right that the power cannot be held.
  • The Fascists (“Mensheviks”) argued that the bloody revolutionary redistribution of the wealth would only deter the people from socialist ideas. They proposed a more “humane” method – instead of forcibly taking away private property, establish totalitarian state control over both it and its owners. History confirmed that this approach does not work either.
  • The Globalists (“Mensheviks”) argued that the victory of socialism could be achieved only by practically simultaneous implementation in all countries and in a peaceful, democratic way. As the primary method of socialist transformation, they chose the plan proposed by the Italian Communist Antonio Gramsci – “Cultural Marxism.” That is, the path to socialism was supposed to begin with the transformation of education, culture, literature, journalism, cinema, etc.

Three branches of the leftists from this list have practically disappeared by the beginning of the 21st century (except for such countries as Venezuela, Cuba and North Korea).  In most countries, the Stalinists, the Trotskyists, and Fascists, if they exist, are in the form of marginal groups, which often do not even remember (or maybe do not want to recall) their past.  For example, many modern National Socialists have entirely forgotten their socialist, fascist roots, and are concentrated only on one point (out of 25) of the Nazi party program – racism.

However, the fourth branch of neo-Marxism – Globalism – continues its disastrous spread across the planet.  The difference between the 21st-century Globalism and all other leftists is that Globalists are politically omnivorous, that is, they accept all classes of “victims” in their ranks.

It’s easy to understand why Antonio Gramsci, so revered by Globalists, wrote about the 1917 communist coup in Russia, that this revolution was “a revolution against Marxism,” and why “the Bolsheviks rejected Karl Marx.”

Globalism is not only the most cynical but also the highest phase of Marxist revisionism.


(to be continued)

Культ жертвоискателей. Часть 3

Левакам не пришлось долго убеждать евреев в том, что они – жертвы. Антисемитизм в течение двух тысячелетий сыграл с евреями злую шутку – они с энтузиазмом присоединились к первому же встречному политическому движению, которое открыто признало евреев жертвами. Многие евреи (точнее, те из них, которые действительно считают себя жертвами) до сих пор преданы левацким догмам и отказываются признать тот очевидный факт, что статус жертв не приносит им ничего, кроме статуса пушечного мяса для высокопоставленных левых идеологов. Но те евреи, которые жертвами себя не считают, давно придерживаются правых консервативных взглядов.

Показательна здесь история голландских национал-социалистов. Когда Третий Рейх оккупировал Голландию, немецкие национал-социалисты с удовлетворением обнаружили, что их с энтузиазмом встречают ранее никому не известные в Германии голландские национал-социалисты. Радостную картину омрачало только то, что подавляющее большинство голландских национал-социалистов (как и социалистов во многих других странах) составляли евреи. В результате нацисты создали местную администрацию исключительно из местных национал-социалистов, хотя и подготовили им под конец неприятный сюрприз.

Голландские евреи-нацисты ревностно приступили к своим основным обязанностям – бесперебойной поставке голландских евреев в лагеря смерти Третьего Рейха. Кстати, миф о том, что юную голландку Анну Франк «предали соседи», не соответствует действительности. На самом деле местная еврейская социалистическая администрация прекрасно знала всех «своих», и Анну арестовали, когда баланс между данными синагоги и данными железнодорожников не сошелся. Ее не пришлось даже долго искать.

Справедливости ради следует отметить, что немецкие национал-социалисты слово свое перед идеологическими братьями сдержали – еврейские национал-социалисты были погружены в самый последний эшелон, уходящий в лагерь смерти Освенцим. А те из них, кто выжил в Холокосте, вместе с выходцами из Франкфуртской школы марксизма приложили руку к созданию бесстыжего мифа о том, что национал-социализм – это радикальное правое (а не левое, как это есть в действительности) движение.

Но, как и следовало ожидать, время берет свое. Если во времена президента Буша на стороне леваков было более 90% американских евреев, то пришедший ему на смену Обама имел в своем кармане около 80% евреев (падение в 10% связано с открытой антиизраильской политикой Обамы). С приходом Трампа количество евреев-леваков опустилось до 70% (очередное падение в 10% связано с открытой произраильской политикой Трампа).

Подобная динамика присутствует и в Израиле. В 1948 году к власти в только что воссозданном Израиле пришли социалисты, а противники социализма – сторонники Владимира Жаботинского – оказались не у дел. Но, как и в Америке, правые силы инициативу у леваков в Израиле успешно перехватили.

Ситуация здесь напоминает ситуацию с черным населением Америки – те из них, кто решился сбежать с политической плантации леваков, обрели настоящую свободу, а с ней – идеологические предпочтения консервативного толка. Таких людей во времена Трампа стало очень много, чему способствует самый низкий уровень безработицы черных американцев за всю историю Америки.

Но будучи записаны в жертвы, многие забывают обратную сторону этой медали. Если леваками тебе присвоен статус жертвы, то ты обязан оставаться жертвой до конца. Если кто-то решил, что ты и тебе подобные – жертвы, не пытайся изменить свой статус. Решение принято, и ты не имеешь права его изменить. Не пытайся убежать с плантации леваков – тебя не только найдут, но и сурово накажут.

Стоит ли упоминать то, что женщины до конца XIX века участия в политической жизни не принимали, поэтому они, как и евреи, с точки зрения леваков – практически готовый к употреблению класс жертв. Леваки в течение всего XX века использовали женщин по полной программе. Надеюсь, ни для кого не будет откровением тот факт, что феминизм (в отличие от движения суфражисток) – чисто левое движение, одним из основателей которого была расистка Маргарет Сангер.

Современная реинкарнация статуса женщин как жертв – это печально знаменитая «Война Республиканцев против женщин», изобретенная в недрах ЦК Демократической партии США. Как и в случае с оболваненными евреями, оболваненные женщины, которым вдолбили в голову то, что они – жертвы, вышли на улицы, нарядившись в унизительные костюмы-вагины.

Давно подмечено, что движение леваков трансформировалось в некое подобие религиозного культа – жертвоискательство.

Как и у всякого культа, у леваков существуют свои догмы, свое мировоззрение, свои табу и свои кумиры. Список «жертв» этого культа впечатляет. Хорошо известные «жертвы» последнего времени – природа (уничтожаемая злыми капиталистами), домашние животные (над ними издеваются злые капиталисты), климат (температуру воздуха подогревают все те же злые капиталисты), сексуальные меньшинства…

Кстати, общественное движение за «сохранение природы» и «гуманное обращение с животными» предложил и возглавил в 1930-х годах рейхсфюрер SS Генрих Гиммлер. Тот самый Гиммлер, который ввел в войсках SS новые, социалистические правила общения, скопировав их у армии СССР. В войсках SS обращались друг к другу не как «Господин лейтенант» или «Господин полковник», а как «Товарищ унтерштурмфюрер» или «Товарищ штандартенфюрер». Единоначалие в войсках SS было фактически отменено, и все важные решения принимались на общем партийном собрании офицеров всех рангов.

Неудивительно поэтому, что многочисленные левые партии «зеленых» во всех странах зачастую сравнивают с арбузами – они зеленые снаружи, но красные внутри.

Самое благородное занятие для леваков – поиск (или искусственное создание) очередного, ранее неизвестного класса жертв. Казалось бы, они уже перепробовали все, что только возможно, но мировоззрение жертвоискателей настолько всеобъемлюще, что проявляет себя в самых неожиданных местах. Например, проигрыш выборов 2016 года и победу Трампа леваки восприняли как еще одно доказательство того, что они – жертвы. На этот раз они, оказывается, стали жертвами «сговора Трампа и Путина».

Нашлись бы жертвы, а леваки всегда подберут им подходящий -изм. Разумеется, им будет очередной шарлатанизм.

Поиск жертв, которые приведут леваков к власти, стал для них самоцелью. Многие леваки полностью забыли свои марксистские корни. Хорошей иллюстрацией этому служит совершенно искреннее возмущение бывшего вице-президента Джо Байдена, когда журналист в прямом эфире спросил его о том, не социалист ли он.

В результате современные глобалисты в целом (и Демократическая партия США в частности) не являются движением монолитным, а представляют интересы различных некогерентных и зачастую конкурирующих и враждующих между собой классов «жертв», искусственно объединенных под одной крышей культом жертвоискателей.

Как могут существовать под одной крышей евреи и открыто антисемитская Демократическая партия США? Как могут существовать под одной крышей сексуальные меньшинства и миллионы мусульманских нелегальных иммигрантов, оккупировавших Европу? Как могут существовать под одной крышей феминистки и сторонники шариата (законы шариата отрицают, что женщины – человеческие существа, и низводят их до уровня собственности мужчин, как мебель или посуду).

К настоящему времени количество «жертв», обнаруженных глобалистами, растет, но их качество и готовность послужить пушечным мясом для социалистических преобразований падает. Разумеется, эти внутренние противоречия рано или поздно взорвут левацкое движение глобалистов. Произойдет это тогда, когда жертвоискательство перестанет платить политические дивиденды.

Глобалисты в этом году широко отметили 200-летие со дня рождения Карла Маркса, но есть все основания полагать, что основанный им культ жертвоискателей вряд ли доживет до своего собственного 200-летия.

В заключение хотелось бы вспомнить старую политическую поговорку: «Правые беспокоятся о том, что граждане так и не поймут их политическую программу, а левые беспокоятся о том, что граждане их платформу все-таки поймут».

Культ жертвоискателей. Часть 2

(Продолжение. Часть 1)

Глобалисты не устают всем нам напоминать о том, что «настоящий социализм» так никогда и не был построен ни в одной стране, где к власти пришли левые силы.

Несмотря на то, что социализм привел к коллапсу общества во всех без исключения странах, где он был испробован, глобалисты здесь в некоторой степени правы. Если мы говорим о тех чудовищных версиях социализма в отдельных странах, которые уже были в истории, то они говорят о своей конечной цели – неслыханной версии глобальной левацкой диктатуры. Диктатуры, над которой они работают на протяжении последних 100 лет.

В отличие от многих других социальных движений, принесших человечеству неисчислимые бедствия, глобалисты на рубеже XX-XXI веков более не являются группой подпольщиков и конспираторов, как их идеологические предшественники на рубеже XIX-XX веков. Наоборот, они всячески стараются обнародовать свои идеи и добиваются их максимального распространения. Они стараются все делать открыто и, по возможности, легально. Президент Обама не лгал, когда говорил о том, что его администрация «будет самой прозрачной в истории Америки». Просто «открытость» он понимал в своем собственном, глобалистском ключе, а совсем не так, как понимаем её мы.

Всем, кто интересуется тем, как глобалисты используют демократические завоевания капитализма для своих целей, следует посетить в интернете сайты Социнтерна, Коммунистической партии США и партии Демократических Социалистов Америки (именно в эту партию вступил молодой Барак Обама сразу после переезда в Чикаго). Если программы этих партий напомнят вам программу Демократической партии США, не удивляйтесь. Не вы первые, кто это заметил.

Одним из вариантов глобализма является мусульманский социализм. Для мусульманского социализма (который на поверхности выглядит как обычный экспансионизм) в качестве жертв выступают мусульмане. Они, безусловно, пострадали от своих же собственных исламских догм. Кроме того, левых жертвоискателей и исламский джихад объединяет одна ярко выраженная черта – если что-то ими завоевано (получено, украдено, отобрано и т.д.), то это сразу же считается священным, неприкосновенным и принадлежащим им навсегда.

Кстати, хорошо известная доктрина Брежнева о защите социалистических стран – из той же серии. Эта доктрина говорит о том, что СССР имел право вмешиваться во внутренние дела других стран на том основании, что в этих странах социализм либо уже был построен, либо было высказано желание построить социализм. Практическое применение этой доктрины позволило СССР агрессивно вмешиваться во внутреннюю политику значительного числа стран Европы, Азии, Африки и Южной Америки.

Еще одна черта, которая традиционно объединяет исламский джихад и все ветви марксизма – это животная ненависть к своим единомышленникам из соседнего клана. Мусульмане-шииты и мусульмане-сунниты вырезают друг друга с гораздо бо́льшим остервенением, чем евреев, христиан и других неверных (статистика неумолимо подтверждает, что количество мусульман, погибших в результате внутримусульманских войн, намного превышает количество мусульман, погибших от рук немусульман). В России сталинисты-ленинцы (которых позже стали называть просто коммунистами) уничтожали не только троцкистов, но и меньшевиков. Но это не помешало коммунистам и социал-демократам в Германии временно объединяться и устраивать кровавые уличные побоища с национал-социалистами.

Современная террористическая организация Антифа, созданная глобалистами, декларирует, как и их предшественники начала 1930-х годов в Германии, что они – антифашисты, но это не делает их радикально отличными от фашистов. Их уличные битвы – это битвы между различными кланами одной и той же левой идеологии, причем современная Антифа – это причудливая смесь близких, но не тождественных идеологически боевиков. С одной стороны, в одежде Антифа симулирует чернорубашечников Муссолини, а с другой – их поведение напоминает Sturmabteilung (SA) нацистов, которые были одеты в коричневую униформу.

Еще один тип «жертвы» сформирован рабской зависимостью от подачек государства.

Несомненно, это было самое выдающееся достижение леваков – вместо того, чтобы выискивать жертв, они в какой-то момент решили создавать их искусственно. Пионером этого направления в социализме был Адольф Гитлер.

Гитлер искусственно создал «угнетенную арийскую расу», а в Америке и Европе идея об искусственном создании класса жертв материализовалась в виде индивидуального и корпоративного вэлфера, государственного медицинского обеспечения и массовой нелегальной иммиграции (нелегальных иммигрантов, кстати, на политически корректном новоязе принято называть «демократами без документов»).

«Угнетенных меньшинств» и «непривилегированных» в Америке нашлось необычайно много – чуть меньше 50% населения. Доля получающих государственные пособия среди нелегальных иммигрантов – около 40%. Именно американские леваки провели грандиозную операцию по искусственному разделению американцев на два класса – тех, кто работает и платит налоги, и тех, кто живет за счет этих налогов.

Но современные леваки так ожесточенно борются за «права нелегальных иммигрантов» отнюдь не потому, что судьба иммигрантов волнует кого-нибудь из них.

Дело в том, что глобалисты видят в нелегальных иммигрантах тот основной «двигатель революции», который должен осуществить социалистические преобразования и привести их к власти. Поэтому чем больше в стране таких «двигателей», тем лучше для партийной элиты глобалистов. Отсюда и противоречащие здравому смыслу призывы к открытию границ Америки, роспуску пограничной службы и допуск неграждан к участию в выборах.

Позиция глобалистов по этому вопросу весьма бескомпромиссна, потому что нелегальная иммиграция для них – вопрос не юридический, а политический.

Для них это вопрос не о нарушении суверенитета страны, а вопрос о политическом выживании. С их точки зрения, нелегальная иммиграция представляет собой именно ту армию одурманенных пропагандой масс, которые должны будут встать на баррикады и завоевать кабинетным философам власть на всей планете.

Богатые бизнесмены – еще один класс «жертв» (напомню, что состояние жертвы – зачастую не только субъективное, но, как и в этом случае, искусственное). Нынешняя экономическая система Америки и других развитых стран лишь отдаленно напоминает классический свободный капитализм. Даже очень, очень богатые люди знают о своей уязвимости и практически полной зависимости от бюрократов, лоббистов и политиков Вашингтона.

На этом, кстати, погорела Карла Фиорина. Ее наняли на работу президентом компании Hewlett-Packard. Но вместо того, чтобы заниматься тем, чем приходится заниматься руководителям всех мало-мальски успешных компаний в США – проводить львиную долю своего времени в Вашингтоне для лоббирования интересов компании – она занялась абсурдным (с точки зрения Совета Директоров Hewlett-Packard и вашингтонского истеблишмента) занятием.

К удивлению всех, Карла Фиорина занялась улучшением качества продукции и расширением производства. Но от нее ожидали совсем другого – интенсификации лоббирования. Ведь экономическая отдача лоббирования в Америке (особенно налогового лоббирования) намного превышает все остальные методы увеличения прибыльности компании.

Кроме того, Карла Фиорина нарушила ряд негласных табу, известных всем крупным предпринимателям в Америке. Одно из этих табу – взаимоотношения с прессой.

В Америке давно стало нормой ни при каких обстоятельствах не гневить левый медийно-промышленный комплекс, которому принадлежит большинство средств массовой дезинформации. Кроме Карлы Фиорины, на это решился еще один республиканец – Дональд Трамп.

(продолжение  следует)

Культ жертвоискателей. Часть 1

Фундаментальный кризис марксизма на рубеже XIX-XX веков был связан с тем, что вопреки ортодоксальному марксизму пролетариат – основная «жертва капитализма» – так и не стал движущей силой коммунистической революции. Кроме того, из-за повышения уровня и качества жизни пролетариат стал терять основные признаки класса жертв. Иными словами, пролетариат потерял привлекательность для марксизма как основной представитель «угнетенного класса».

Кризис марксизма привел к тому, что марксизм перешел в новую стадию – стадию ревизионизма и модификаций, в основе которых лежит поиск подходящего класса жертв.

Поиск жертв превратился для марксистов в захватывающее и интригующее занятие. Появилось множество ответвлений марксизма, которые отличались только выбранным классом жертв. При этом все без исключения ветви как неомарксизма, так и марксизма едины в своей конечной цели. Эта цель – бесклассовое общество (коммунизм). Добавим к этому и то, что даже внутри клана леваков, которые едины в своем выборе одного определенного класса жертв, существуют противоречия по поводу того, как их использовать в борьбе за власть.

Классические марксисты основной жертвой капитализма (и, следовательно, основной движущей силой революции) выбрали «угнетенный пролетариат». Ленин в качестве жертвы выбрал колонии, «угнетенные» метрополиями (под одной из таких колоний Ленин имел в виду Россию, которая хотя формально и была империей, но находилась на экономической и финансовой периферии и была фактически сырьевым и сельскохозяйственным придатком-колонией европейских стран-метрополий).

Мао Цзе Дун в качестве жертвы выбрал крестьянство, но с оговоркой, что предводителем крестьянства является все же (практически отсутствовавший тогда в Китае) пролетариат. Следует отметить, что Мао Цзе Дун понимал социализм совсем не так, как понимали его европейские или американские социалисты. Он понимал его как такую переходную к коммунизму форму, когда в стране одновременно существуют и капиталистическая, и коммунистическая экономика (что, собственно, мы и наблюдаем в Китае в настоящее время).

Итальянские фашисты такой жертвой выбрали страну-нацию («угнетенную» более сильными индустриальными странами Европы аграрную Италию). Немецкие фашисты в качестве жертвы выбрали несуществующую арийскую расу («угнетенную» странами-победителями в Первой мировой войне).

При этом Гитлер «позаимствовал» термин «национал-социализм» («нацизм») у Муссолини, который, собственно, и построил в Италии истинный национал-социализм. В Третьем Рейхе, если использовать традиционную левацкую терминологию, был построен расовый (или, точнее, арийский) социализм, а не национал-социализм.

Вообще леваки традиционно любят «заимствовать» чужие термины и использовать их либо как дымовую завесу, либо как свои собственные. Вспомним, как только леваки не называли себя – марксистами, прогрессивными, социал-демократами, социал-революционерами, демократами, либеральными демократами, фашистами, национал-социалистами, коммунистами, большевиками, меньшевиками, глобалистами…

Список этот длинный, но в последнее время леваки в Америке предпочитают называть сами себя «либералами», причем, используя методы политкорректной диктатуры, и других заставляют себя так называть. Термин этот они «позаимствовали» от отцов-основателей США, которые и были истинными классическими либералами XVIII века (их теперь, в XXI веке, называют консерваторами).

Другой пример заимствования и подмены терминов, успешно внедренный в американский политический лексикон – присвоение красного цвета республиканцам (частично правым), а синего цвета – демократам (в большинстве своем левым). Традиция противостояния красные-синие – относительно недавняя. Она берет начало с президентских выборов 2000 года, но уже значительно укоренилась, невзирая на то, что именно партии левого, а не правого толка на протяжении всей истории человечества было принято раскрашивать в красный цвет (вспомните флаги Третьего Рейха и СССР).

Напомню, что до 1917 года марксизм был всего лишь теорией. Как на практике совершить переход от капитализма к коммунизму, не знал никто, даже сам Маркс. Поэтому в течение десятилетий леваки вели беспощадный спор между собой, как это сделать. Задолго до коммунистического переворота в России 1917 года сформировались два основных лагеря – меньшевики (сторонники эволюционного перехода) и большевики (сторонники революционного перехода).

Меньшевики (которых на самом деле было большинство) сгруппировались около идей Фабианского общества. Их аргумент состоял в том, что переход необходимо осуществлять плавно, с помощью демократических институтов (так называемый градуализм), иначе революционная конфискация и перераспределение собственности обернется большой кровью. Собственно, что и произошло в России.

Но после переворота 1917 года и чудовищной Гражданской войны в России левацкая мысль оказалась перед новой проблемой – как удержать власть в социалистической стране, окруженной капиталистическими странами. По этому вопросу и меньшевики, и большевики раскололись на два лагеря каждый, так что основных конкурирующих левацких идеологий впоследствии стало четыре (для их обозначения будем применять те термины, которые утвердились к настоящему времени, что не обязательно совпадает с историческими названиями этих идеологий):

  • Сталинисты-ленинцы (большевики) утверждали, что социалистическая власть может быть удержана с помощью террора в отдельно взятой стране на срок, достаточный для построения коммунизма (история подтвердила ошибочность этого подхода).
  • Троцкисты (большевики) утверждали, что власть в одной социалистической стране, находящейся в капиталистическом окружении, никаким террором удержать не удастся, и необходимо практически одновременно произвести революции во всех странах без исключения (история подтвердила, что Троцкий был прав в том, что власть удержать не удастся).
  • Фашисты (меньшевики) утверждали, что кровавое революционное перераспределение собственности только отпугнет народ от социалистических идей, и предложили более гуманный метод – вместо насильственного отъема частной собственности установить тотальный государственный контроль и над ней, и над ее собственниками (история подтвердила, что этот подход тоже не работает).
  • Глобалисты (меньшевики) утверждали, что победа социализма может быть достигнута только путем практически одновременного перехода к нему во всех странах, причем мирным, демократическим путем. В качестве основного метода социалистических преобразований ими был выбран метод, предложенный итальянским коммунистом Антонио Грамши – «культурный марксизм», то есть, путь к социализму предполагалось начинать с трансформации образования, культуры, художественной литературы, публицистики, кинематографа и т.д.

Три ветви леваков из этого списка к началу XXI века практически исчезли (исключение составляют такие страны, как Венесуэла, Куба и Северная Корея). В большинстве стран сталинисты, троцкисты и фашисты если и существуют, то в виде малозначительных маргинальных групп, которые зачастую даже не помнят (или просто не желают вспоминать) свое прошлое. Многие современные национал-социалисты полностью забыли свои социалистические, фашистские корни, и сконцентрированы только на одном пункте программы нацистской партии – расизме (вся программа нацистов состоит из 25 пунктов).

Но четвертая ветвь неомарксизма – глобализм – продолжает свое пагубное распространение по планете. Отличие глобализма XXI века от остальных леваков состоит в том, что они – политически всеядны, то есть принимают в свои ряды все классы «жертв».

Недаром так почитаемый глобалистами Грамши писал о коммунистическом перевороте 1917 года в России, что этот переворот – «революция против марксизма», и «большевики отвергли Маркса».

Глобализм – это не только наиболее циничная, но и высшая фаза марксистского ревизионизма.

(продолжение следует)